поврежденную кожу на колене и обхватили бедро. — Перес…
— Прости за это, — перебил Лайнел, вскидывая голову и заглядывая в глаза снизу вверх.
У него был тяжелый взгляд, и Хелен не выдержала, скосилась на своё бедро, где красовались четыре белые полосы, оставшиеся от когтей альфы. Это у львицы все заросло шерстью и никто не видел отметин, которые достались ей от мужа, а на человеческом теле их никак не скрыть.
Хелен отмахнулась. Ее не особо волновал этот шрам.
— Ты обещала больше не рисковать собой, — Лайнел поднялся и сел рядом на кровать, беря руку Хелен в свои ладони.
— И? — львица вопросительно вскинула бровь.
— И пошла на медведя, зачем? — Лайнел хмурился и сильнее сжимал ладони. — Я собирался сам этим заняться позже.
— Так получилось, — пожала плечами Хелен. — Это не входило в планы.
Лайнел тяжело вздохнул и покачал головой.
— Родная, охота свободных львиц, как часто ты хочешь выходить в лес?
— Пару раз в месяц достаточно, разве нет? — Хелен волновалась каждый раз, когда речь заходила об этом. Хоть Лайнел и благосклонен сейчас в этом вопросе, но будет ли так всегда? — В Сарвел так было, в основном.
— В основном? — удивился альфа. У него был очень заинтересованный взгляд и Хелен не стала отмалчиваться. Да и скрывать тут было нечего.
— Я, как дочь бывшего вожака, ходила чаще.
— Одна? Зачем?
— Я носила мясо для Милли, она росла очень слабой и тощей львицей, — Хелен стиснула зубы, так некстати вспомнив о бесполезном льве, что достался в пару ее подруге. И в пару ли? Или Милли поддалась первой влюблённости? Вот бы знать наверняка.
— Ещё слабее, чем сейчас? — удивился Лайнел. Лучшая подруга его жены и сейчас была самой мелкой из живущих в стае. — И почему для нее охотилась ты?
Хелен посмотрела альфе в глаза, а потом развернулась к нему корпусом, собираясь поделиться болью своего прошлого. Лайнел будто почувствовал это и пододвинулся ближе, сжимая ладони жены в своих.
— Нам было по восемь лет, когда на нашу стаю напали. Я плохо помню, что тогда произошло, знаю только, что были похищены двое новорожденных львят и одного подростка. Малышей нашли быстро, а вот последнего выслеживали несколько дней. Дядя говорил, что разведка предупредила — противник слишком силён, но мои родители не захотели отдавать члена своей стаи. Родители Милли и ещё пара оборотней их поддержали, но никто не вернулся. У меня был дядя, а Милли стала сиротой, о ней некому было заботиться.
— Мне жаль, родная.
Лайнел гладил ладони Хелен, изредка поднимаясь чуть выше по предплечьям. Это немного успокаивало.
— Думала, что всегда смогу защищать ее, — разоткровенничалась Хелен, почувствовав, что может сейчас выговорится. — Хотела выйти за одного из нашей стаи и стать вожаком. Технически вожаком был бы муж, конечно, но фактически уступать контроль я была не намерена.
— Хорошо, что я не знал о том, что ты присмотрела себе в стае жениха, — недовольно проворчал Лайнел.
— Не присмотрела. — Хелен покачала головой. — Слишком много изменилось за двенадцать лет. Сарвел при родителях и Сарвел сейчас — разные кланы.
Лайнел облегченно выдохнул, дёрнув уголками губ в улыбке.
— Знаешь, пока я искал сбежавшую жену, меня так сильно пугала мысль, что моя метка просто не приживётся, — Лайнел вскинул руку и потянулся, чтобы найти пальцами свою печать. Хелен поежилась, она всегда себя странно чувствовала, стоило льву погладить контуры своих клыков. — Что бы мне тогда было делать?
— Не вести себя как мудила последний? — хмыкнула львица, картинно изгибая бровь и скрещивая руки на груди.
— Думаешь, я бы смог?
— Нет! Без вариантов! — отозвалась она и прыснула.
Они оба заливисто рассмеялись, понимая, что это истинная правда. Хелен полностью расслабилась, удовлетворенная случившимся разговором.
— Родная, хочешь выходить со мной на вечерние пробежки? — внезапно предложил Лайнел. — Я обхожу границу и проверяю патрульных, это хорошо подходит для тренировки выносливости.
— Пожалуй, — задумчиво протянула Хелен.
— Для первого раза может для тебя будет слишком — преодолеть такое расстояние…
— Не надо меня недооценивать! — возмутилась Хелен. Она пять часов назад медведя завалила, на минуточку!
— Ладно, ладно, — хохотнул Лайнел. — Если ты так в себе уверена, то там есть отличная трасса для соревнования в скорости и мощи лап.
— Не терпится отыграться? — Хелен гордо вскинула подбородок, довольная, что муж до сих пор не может смириться с проигрышем на свадьбе.
— Проигравший выполняет желание победителя, — хищно ухмыльнулся лев и блеснул золотом глаз.
Хелен прищурилась. Чуяла большой, жирный подвох. Ещё больше, чем самомнение этого хитрющего котяры.
— Мне это не понравится? — риторический вопрос.
— Мой приз — твой поцелуй, — невинно улыбнулся альфа и поцеловал тыльную сторону ладони львицы.
Хелен закатила глаза и дернула руку, но Лайнел не выпустил ее из своего захвата.
— Как сегодня, не больше, обещаю, — он склонил голову на бок и выжидающе смотрел в глаза.
— Ну а мой приз? — вяло отозвалась Хелен.
— Мой поцелуй! — уверенно выдал Лайнел, широко улыбнувшись.
Хелен рыкнула и вновь схватилась за подушку.
— Шутка! — альфа перехватил снаряд около своего лица. — Предложи сама.
— Неделю дом на тебе, — первое, что пришло голову. Хелен уже задолбалась собирать шерсть из слива и выгребать горы песка из прихожей.
— Договорились! — слишком уж обрадованно заявил Лайнел.
— Но чтоб все блестело — я проверю, — Хелен подозрительно сканировала мужа взглядом.
Лайнел согласно кивнул. Это он ещё не знает, что она будет соваться в каждый угол с белой перчаткой. И не приведи Священный Лев, она найдёт волосок или пылинку…
— Начнем, как выпроводим людей?
— Да… — Хелен закусила губу, но под приятным впечатлением от беседы, все же решилась. — Лайнел?
— Вау, первый раз зовешь меня по имени! — расцвёл лев, аж глаза заслепило.
— Милли травница, к ней придут в первую очередь, — высказала свои опасения Хелен.
— Все в порядке, — заверил Лайнел, не выказав и тени беспокойства. — Может в Сарвел она была беспризорной сиротой, но здесь она Хант. И я не позволю никому из своих львов попасть в руки людей.
— Спасибо, — с облегчением выдохнула Хелен.
Она действительно переживала, как будет защищать Милли одна, но слова Лайнела придали ей уверенности. Львица расслабилась и полностью потеряла бдительность, не заметила, как лев оказался ещё ближе, чем был. Только ощутив дыхание на своей щеке, она вздрогнула и резко повернулась, мазнув носом о нос мужа.
— Почему ты сегодня разрешила мне… — шептал Лайнел, очерчивая подушечкой большого пальца нижнюю губу… — поцеловать тебя?
Хелен тут же перехватила руку, не давая хозяйничать муженьку.
— Поползли бы слухи — откажи я тебе, — Хелен чувствовала, как щеки начали наливаться румянцем.
— А наедине? — допытывался Лайнел, раздувая ноздри
